Литтл Маунтинмэн

Русская военная тайна

Главная военная тайна русских: «Русские притворяются лохами». Равных им в этом смысле нет. Никогда не понять: русский на самом деле лапоть, или играет лаптя. Русский сам не уверен: лапоть ли он.

Настоящий русский - это стеснительный русский, сомневающийся русский. Даже в случае собственной гениальности он не сознается в том, что он особенный, и будет краснеть. Настоящий русский никогда не хочет быть выше других. Он хочет лишь приносить пользу, и ему этого достаточно.

Как ни странно, но настоящий русский любит абстрактное человечество больше самого себя, невзирая на то, какую долю в человечестве составляет русская кровь.

То, что в человеческом обществе хватает отбросов, русский считает непреодолимым злом, которое ни на грамм не изменит его отношения к человечеству.

Что у русского множества в голове - не известно никому, даже предводителю русских.

Русским для кровной связи между собой не нужны радио, интернет, джипиэс, гланавт: они общаются и понимают друг друга на генетическом уровне.

Читать книги, написанные на русском языке, полезно. В них всё видно между строк. Но не каждый, формально знающий русский язык, поймёт всё, что сказано между строк. Всё поймёт только настоящий русский.

Но! пробовать читать русские книги иностранцу полезно. Русские, в каком-то первородном смысле, есть «чистые частицы» человечества, тяжело поддающиеся внешним идеологическим изменениям. Польза в этом.

Генетика цельного русского человека проявляется через века, как бы не «болванили» предков частного русского человека: от древности до современности. Это заключается в неком упорном стремлении к справедливости, какие бы нелепые формы оно бы не принимало под влиянием внешних условий (ввезённые революции, народные восстания, предательское правительство, диктаторы, монархи, войны защитительные и гражданские, несчастья, голод, разруха, провокации, разваливающие идеологии и пр. и пр.).

Даже русский писатель-постмодернист, играющий исключительно в слова, желая сказать словами одно, тем не менее проговаривается между строк. Просто выучивший русский язык не заметит этого. Настоящий же русский не только не поймёт недосказанного и дешифрует замаскированное, но он вывернет горе-писателя наизнанку. И только совместно распитая бутылка самогона сможет рассудить их спор.

Русская литература бывает разной. Но лучшая русская литература пишется не словами, а чувствами. Главные герои в такой литературе не персонажи, а их чувства и мысли.

Не каждая иноязычная литература имеет в достаточном количестве слов и прочих синтаксических и грамматических средств, чтобы выразить все нюансы. Разве что китайские языки могут соперничать в богатстве и возможностях толкований. Русский язык в этом сравнительном смысле более точен.

Чтобы понять русского, нужно быть русским.

Русский, становясь «скользким диссидентом», перестаёт быть русским: туда ему и дорога. Он не страдает: он злорадствует и очерняет прочих русских, оставшихся на ненавистной скользкому диссиденту родине.

«Честный диссидент» из русских, приобретя клочок нерусской территории, всю жизнь будет страдать по первородине, хотя чаще всего никогда в этом не признается: кому хочется предстать перед другими, тем более перед преданными родине русскими, предателем.

Настоящие русские относятся к диссидентам из русских со снисхождением: диссиденты для них это, в некотором смысле, юродивые, которых можно пожалеть. Даже в случае их внешнего успеха. Дальше они разбираться не будут.

Внешний успех за границей родины и обычная, даже неудачная жизнь на родине, для настоящего русского - несоизмеримые величины. Настоящий русский никогда не променяет родину на успех за границей. Хотя успехи некоторых русских за границей часто заставляют призадуматься. Но тот успешный "заграничный" русский - уже не искренний русский: ему профессионализм оказывается выше чувства территории. Выводы делайте сами.

Русский либерал, русский оппозиционер, русский маргинал - в разной степени неудачные словосочетания.

"Хороший русский это мёртвый русский" - это кошмарная сказка, предназначенная для детей врагов русских. Она будет давить до тех пор, пока этот забитый родительским учением человек не познакомится с настоящим русским человеком, побывав на его территории и почувствовав настоящесть и искренность русских; и тогда он проклянёт родителя за бессовестное враньё.

Враги русских не бросются на амбразуры с криком "за Родину!"

Русский же бросается не только на амбразуру, под танк, и идёт на таран вражеского самолёта, когда кончаются боеприпасы: он бросается на врага и погибает по зову внутреннего чувства. Ему не нужен для этого приказ, вера в бога, верность присяге. Русский из могилы будет "иметь" своего врага гораздо эффективней, нежели будучи живым.

Господа враги! Бойтесь мёртвого русского! Мёртвый русский, погибший за родину, - самый лучший пропагандист Русского Мира.

Под Родиной настоящий русский понимает своих родителей, жену и ребёнка, землю, на которой он родился - для него это единое целое. Вот вторая русская военная тайна. Нет, пожалуй, это первая… и никакая не тайна! А так оно и есть. Точка.

Записи из этого журнала по тегу «русский мир»