Литтл Маунтинмэн

РУЛЬКА, УТИЦА и КАПУСТА (4)

0 0 0 РУЛЬКА УТИЦА И КАПУСТА 250 фас.jpg
4  

– Тухлятина, – говорит Малёха, глядя в тарелку пренебрежительным взором небрежного убийцы сирых своих родственников-антигурманов. Он едва пожевал что-то из наименее ядовитого под напором отца.

– Вкусно было... – говорит рядовой Бим, поддакивая и зарабатывая перед генералом просранные вчера баллы.

– И я помню, что было нештяк, – начал Кирьян Егорович в надежде развить мысль в красках, – но, вот…

Тут вмешался Ксан Иваныч:

– Вот. Вот я вот… завернул кусочек мяса... – демонстрирует процесс, – так чтобы… вот так. ...Намазал. ...И нормально. В гамбургер пихни да и растолкай кусок… мяса этого... чешского... или с Белоруссии этой лукаш... – и поперхнулся Ксан Иваныч: рано ещё сынку в политику, взамен вспомнил енисейскую договоренность… – слегка булядской. – И всё! Абгэмахт! Да! Ешь давай!

У Малюхи немалые личные запасы недоеденных в Макдональдсах гамбургеров, а Ксан Иванычу такое сыново скопидомство – стыд перед товарищами: «А? Чё?»

Малёха в роли спарринг-партнёра: «Чё нормально? ...Чё нормального, говорю! Без холодильника. На номере сэкономили...»

Малёха не в пример отцу говорит очень тихо. И сердится на отца. Без свидетелей сказал бы грубее. Что и бывало. И не раз. Вплоть до х…ёв. Вплоть до неуважения. Разобрать его слова можно только с третьего раза и только с близкого расстояния. При всём при том Ксан Иваныч слегка глуховат на правое ухо. В глазах Малюхи это есть большой грех, больше даже, чем для папы его – Малёхино – шептанье себе под нос.

И снова отец, аж жалко его одновременно, и берёт гордость за его настойчивость, накрепко связанную с нежностью и добротой к какому-никакому, а таки родному сыну: «А? ...Как? ...Просто... Чё! Я не знаю чё. Ешь вот и всё. Вот погляди на…»

Не хочет смотреть Малёха на…
(продолжение следует) fрэндить чтобы не пропустить продолжения