Литтл Маунтинмэн

1 ПЕРВЫЙ ЛИСТОПАД (1.2)

006 (3).JPG

"Всяко третье размышленье" Джона Барта

1.2

Итак, до двадцатой страницы мы побывали в прескриптуме, а также въехали в ПЕРВЫЙ ЛИСТОПАД . Именно по временам года Джон Барт распределил свой постмодернистский труд.

Да, каюсь. Я заглянул в содержание. И «промежду прочим» узнал, что жанр его романа называется «роман в пяти временах года». На шмуцтитуле этот факт зарегистрирован. Но он отмечен такими маленькими буквами, что даже я, намереваясь «критически пробежаться» по роману, не придал этому особого значения.

Однако, по мере углубления в текст, само собой как-то начинаешь понимать, что это придумано не зря, что в этом есть какой-то смысл, который для поэзии был бы в самый раз, а вот для прозы… А вот для прозы это надо ещё проверить.

Думаю, что   на ближайших страницах не найду ответа на вопрос – годится ли хронологию (сюжет ли) прозаического романа дробить именно так, ибо для употребления впрок это ровно ничего не говорит, так как речь не о войне, когда погода имеет существенное значение. Имею в виду, что времена года имеют значение для любви, путешествий, и для войны. Расшифровку опускаю, считая это утверждение априори правильным.

Здесь же писатель собрался философствовать (если судить по шикарному названию) на темы литературы и жизни, привлекая к этому авторские и «главногеройские» реминесценции, а также отвлечённую болтовню «о том о сём американском и приоритетном, в связи со всем миром».

Одно можно отметить уже заранее: писатели, придумывающие сами под себя жанр, явно хотят выделиться из толпы себе подобных. Они считают, что писать под известные жанры не совсем как-то приличествует звёздам. В каждом своём новом романе «звездатые писатели» сочиняют какой-либо новый жанр - в надежде, что этот жанр войдёт в анналы истории как новый «литературный ТЕГ», по которому в будущем: 1. Его легко можно будет найти; 2. По дате возникновения «тега» всяк поймёт, что первооткрывателем жанра был именно этот человек.

В общем ладно. На двадцать первой странице мы вместе с семьёй Ньюиттов/Тоддов, а также ещё с одной семьёй (также из двух человек – уж не знаю, стоит ли запоминать их имена, так не известно, претендуют ли они на роли героев второго плана или просто случайные попутчики, которые должны будут раствориться в ноосфере писателя Барта, не совершив ничего выдающегося для содержания)… Итак, эти четверо покинули Стокгольм, и попали на территорию порта.

По дороге в порт указанная семейка вместе с другой затеяла с водителем автобусика небольшую перепалку. Ничего в ней особенного нет. Но, тем не менее, мы узнаём, что:

- «… у вас тут нет заморочек насчёт миньшинств, с которыми маемся мы, амариканцы».

- «…всё дело в более справедливой экономике, лучшей системе здравоохранения и более просвещённых законах о наркотиках».

- «… правильно говорить не «дофигенные», а «офигенные», да и последнее слово есть сленговый эвфемизм, заменяющий сами знаете что».

(продолжение следует)