Литтл Маунтинмэн

Музей Кузнецкого Угля на стенке "Семи пятниц". Часть 2

музей угля.jpg
ЧАСТЬ 2 (это окончание. Начало ЗДЕСЬ)

За годы, прошедшие за выдачей проекта, уже изменились существующие и появляются новые экспозиционно-информационные технологии.

Меняются концепты показа. Музейные функции всё плотнее "входят в сговор" с  иными общественными функциями. Хотя наш проект здания (расширяя задание заказчика и инвестора) как минимум "не мешает" увеличению числа функций до многофункционального комплекса.
Имеются набросочные предложения на перспективу.
Учитывая, что основное здание находится на площадке с приличным по размеру и "незанятым" (практически бесхозным) ландшафтом, функции "музея" ПРОСТО ОБЯЗАНЫ быть расширены. Убеждён, что так оно и случится. Скорей всего, без моего участия. Ибо даже живучие архитекторы не вечны.
По этим совокупным причинам и вероятней всего, концепт изменится. Время потребует обновления.
А также обязан будет появиться важнейший раздел проекта "Проект экспозиции", который может очень и очень значительно повлиять на общий концепт. И не только внутренней функциональной начинки, но и на внешний вид, и, соответственно, на конструкции.
Хотя, на мой взгляд, наша архитектурная концепция предоставит следующему по порядку проектанту некую "фору" из прошлого. Подарочек от нас.
А именно: с некоторыми ограничениями, но можно (и желательно) вписать экспозицию в предложенный проектом архитектурный объём.
Объём универсален: в нём большие пролёты и большие высоты этажей. Решение прекрасно учитывает особенности ландшафта. Схема экспозиционного пути интересна и идеологически обоснована. Она подразумевает возможность как "вынужденного" (направленного и основного) движения посетителя, так и относительно свободного (выборочного).
Наш проект, к величайшему сожалению, "отлёживается".
Интерес к нему угас. Дальнейшее движение проекта и строительство благополучно отложены в долгий ящик
Причины объяснять не буду. Они имеются. Они как всегда существенны. И, как всегда, с попутным привеском. То есть с полувынужденными, "привязанными" (идеологическими, тактическими, сдаточными, коньюктурными) следствиями основной причины.
Нет разумного объяснения – почему наш проект не продвигается хотя бы в качестве культурного события. Это зря!
И это настоящая политическая "напраслина", заключающаяся в боязни проявления культурного патриотизма, хотя бы в признании культурной полезности данного события.
Хотя (не примите за бахвальство) наличие проекта – это есть настоящее архитектурное событие для города, а не "проектишко так себе, каких тысячи".
А хоть бы и на бумаге, а не в натуре.
Бывают в мировой практике невоплощённые проекты, которые задают темп и образец для архитектуры реализуемой. Это как раз тот частный, хоть и провинциальный случай.
Но у нас он, кроме патриархального прочего, ватного и всяко иначе, имеет ещё и патриотическое (не либерально-демократическое, не олигархическое или излишне губернаторское, а настоящее народное, рабочее, шахтёрское) звучание. 
У меня нет  сомнения в данной категоричности, и дело тут даже не в авторстве, или в наличии каких-либо обид, которые, как некоторые могут подумать, я тут изливаю. Ничего подобного: у меня никаких обид нет.
Я просто длительный период времени был более чем увлечён процессом, поэтому чувствую внутреннюю разгонную энергию проекта.
Это как бы скромный шаг, импульс в пользу «угольного предназначения» Кузбасса.
"Стеснительность" нашей управляющей и культурной элиты, а также коньюктурность и обманчивая «бедность угольной отрасли» – вот что мешает пропаганде Музея Угля как флагмана будущего и почётной истории. Можете поверить в такое?
Элита (прошу без обид), сказав "але!", не произвела вслед за ним "гоп".
Такое бывает не только в России, и нечему тут удивляться, и нечего тут стесняться, и нечего пенять на экономику, да на политическую расстановку, да на "несвоевременность" проекта и на прочие причины, которые всегда находятся: лишь бы существовал главный сигнал: «Прикрыть!»
В России все причины уважительны. Я это понимаю. И поэтому высовываюсь осторожно. Чтобы кому-нибудь не навредить.
Так как реальный "гоп" с выхлопом не случился, то, вроде бы,  высовываться далее неуместно Коли уж решили «наверху» заморозить проект: значит всем: кому из солидарности, а кому и по обязанности, требуется надеть на рты тряпочки.
Таким образом, наш (разумеется, совместный с заказчиками, инвесторами, инициаторами) проект уже НЕСКОЛЬКО ЛЕТ открыто НИГДЕ не упоминается. Более хитрый термин с подковыркой: "замалчивается".
Но проект "не замалчивается", а по генеральной «отмашке сверху» забыт его гражданскими офицерами и прапорщиками.
Проект «автоматом» стал не интересен. Под него не каплет. Никто его не толкает. Камень в гору сам собою не движется, а под гору – запросто. Если подтолкнут. Но, даже не подталкивают.
Если и происходят какие-либо события вокруг него (даже не вокруг проекта, а вокруг идеи Музея Угля), то, чую:  всё оно подпольно. Мне, как автору архитектурной концепции, об этом не докладывают. Даже по секрету.
"Не вышел рангом" – это одно объяснение.
«Малым винтикам Большого Механизма не сообщаем» – из этой же серии.
"Ничего толком не происходит" – это объяснение номер два.
Объяснение номер два кажется близким к истине.


PS
Между тем, если заглянуть лет на тридцать вперёд, и повернуть голову в прошлое, то есть в недавнее совсем время, то очевидно нижеследующее.
Нашему варианту проекта (не умаляя роли всех участников, ранее перечисленных), уготована махонькая такая, скромненькая, но особая историческая, заодно культурная роль. Это показать потомкам, что даже в наше очередное бестолковое время, попавшее в череду кризисов, возможны были трудовые и подвижнические телодвижения на культурно-чёрноугольном фронте!
Глядишь, кто-то даже, как бы во искупление неприятностей. А это подзатыльники, лёгкий материальный шантаж, шантаж иностранцами, включение суперграмотных иностранцев в качестве образца для подражания (так отдайте им проектирование и дело с концом!), и даже включение недозрелых иностранных студентов в идейный процесс (в качестве мозгового штурма, при том потеряв на этом год, и темпо-аллегро: при заведомо ясном результате,  или палок в колёсах? Или всё иностранное после Горбачёва – лучшее в мире?)  – и где теперь эти иностранные герои, проповедники, миссионеры, логопефы, альтруисты, волонтёры, позвольте спросить?
В общем, всё это – лишь часть глупейших неприятностей, устраиваемых изнутри, прилетающих от «своих» же: то бишь, от увлечённых собою клерков департаментов, поставленных у руля. И от советчиков разного ранга. Мы-то не против советов. Особенно, если они по делу, а не вкусовщинка. Только зачем отечественных профессионалов-экспозиционеров не позвали? А они в природе есть.
Архитекторов учат архитектуре все: от клерков до доброжелательных музейных работников. Предлагаю, для полного счастья, включить в этот список зубных врачей! Оп. Проехали.
Дальше перечислять, да намякивать не буду…
Итак, кто-то, Из-Будущего, глядишь, и "спасибом" отблагодарит. От имени всех потомков, так сказать.
Мол: «Ишь, а, ведь, были фантазёры с прожектёрами в то незабываемое, нехай кризисное время! Пережили же как-то! А чего ж мы-то теперь так помельчали?»
И засучат рукава. И напроектируют такого... Аж этакого и притакого, что всех, кто вокруг, и, дай бог, чудо увидят, завидки разберут!

Записи из этого журнала по тегу «pol_ektof_creativity»