pol_ektof (pol_ektof) wrote,
pol_ektof
pol_ektof

ОБРАЗЕЦ ХВАЛЕБНОЙ РЕЦЕНЗИИ

Nadina обрезан 2.jpg...Это Сет Коткин. Вернее, его образ. Ведь он всего-навсего псевдоним и скрывается от преследования. Фотка не моя, а вот реквизиты автора, к сожалению затерялись. Извините.

ОБРАЗЕЦ ХВАЛЕБНОЙ РЕЦЕНЗИИ И РЕПЛИКА НА НЕЁ, ПОЛНАЯ СКРОМНОГО ДОСТОИНСТВА

«Иной раз так называемые "рецензии" пишутся с необычайной для данного придатка к литературе красочностью».

                                                        Сет Коткин, эсквайр
------------------------------------------------------------------

РЕЦЕНЗЕНТ по имени YSK:

Теперь и ёжику понятно, согласно авторского пояснения, что это всего лишь одна глава из огромного творения. Поэтому на "осуждение" или похвалу произведения в целом ни у одного из "прозарушных" ёжиков нет никаких шансов.

– А никто и не собирается, – мне говорят, – местные рецензии это всё шуточные игрушки междусобойщиков.

Ба! Интересненько.

Попробую-ка я поучаствовать в этой несерьёзной, фантазийной игре в качестве доморощенного эксперта. При этом поиспользую-ка я некоторый советский критический пафос, ибо он-то ёжикам хорошо понятен, а многим старичкам даже знаком: кому по школе, а кому по факультету.

Простите, многоуважаемый AUTOR, что я потренировался на Вашем произведении. Я взял его чисто для примера. Не вздумайте принять это всерьёз.


***



Например, кое-какие вещи, проявившиеся через объёмный текст показанной главы, всё же можно обозначить:

– тяготение автора к многослойным, неторопливым построениям, в чём-то даже схожим с эпическими произведениями Диккенса;

– нешуточное, и если отрезать критическое «поствиссарионо-белинское» стеснение, то даже виртуозное владение русским языком;

– яркие психологические диалоги на темы, которые едва ли можно назвать распространёнными в литературе;

– любопытнейший симбиоз "неподвижной" театральной драматики с редкими, но меткими, причём, как правило, сатирическими связками индивидуальных конструкций самих главных героев с эпизодами из мировых событий в области географии, политики, космоса, религии;

– отсутствие подробных описаний природы, места действия, внешности. Словом, наблюдается определённая, и кажущаяся специальной, скупость такого рода иллюзорий;

– отсутствие стандартных литературных украшений, обычно навешиваемых на тексты писателями-романтиками и подражателями классики ради придания будто бы заведомо сухой прозе, если она лаконична и конструктивна, будто бы красоты и поэтичности.

Обобщённое ощущение от текста складывается как от чётко прописанной картины или фотографии, когда изображается обычное бытовое явление. Зато подаётся оно таким образом, что за непринуждённостью и простотой изображения угадывается тень глубокого, таинственного, вечного и будто специально недосказанного.

Это событие тяготело бы к естественным повторениям другими людьми ввиду простоты его фабулы – так себе, обычная перепалка разношёрстных по возрасту путешественников и всех, конечно, с вредными, неустойчивыми характерами. Каждый тянет на себя одеяло. Узнаём апологетов Советского Союза и его жителей, чуток побитых капитализмом. Ага, внедрился молодой человек – этот полностью избалован богатым папой с добренькой мамой, и зомбирован телевизионной пропой. Вот исток нового конфликта.

Так бы оно и было, – всё заведомо одинаково, как у всех типовых лиц, красных как свёклы, но припудренных землёй, выращенных на одной социалистической грядке, но которая вовсе не оранжерея, – кабы не было таким смешливым и индивидуальным в деталях. Окромя того, редкие события и долгие беседы прикрыты фосфорицирующим и едким, остроумнейшим и тонким сатирическим флёром, чего в жизни в таком количестве не наблюдается.

Однако всё живо, всё шевелится, даже пошленько кишит, пузырится, безобразит человеческими слабостями. Сусло в пиве – цимус с уса на ум – князь в грязь.

Авторское присутствие чувствуется однозначно. Но, он как Бог – вроде и есть, а будто и не мешает: просто рассуждает себе, двигает земляными пешками и даже не подталкивает к каянью.

Кажется люди внутри заговорились: увлечены собой, забыли, что их слушают читатели. Длинно что ли? Но нет, читатель особо не возмущается. Противится, конечно, он же в сети, ему обещали лаконичность, а тут такой размусол. Нет, продолжает читать и вникать, будто подслушивает чужие разговоры и ждёт там мордобоя... через стену с помощью стеклянной банки. Это странно? Да. Очень.

Но из этого простенького факта мы делаем несколько подозрительный вывод: даже несмотря на упоминание диктофона в тексте, мы чувствуем не монотонные стенографические диалоги, сходные с бытовыми сражениями по пустякам, а всё-таки мощные авторские препарации, сближающие тексты и рождённые "там" бумажные проблемы с литературой глубокого проникновения и вытяжки.

Просто она такого оригинального – наддонного с мариинской впадины, поскрёбышного со стен египетских пирамид, пупочного от центра Млечного Пути – жанра.

Она такой силы воздействия на органы чувств.

Это как удар бейсбольной битой по рёбрам в момент обширного сердечного инфаркта. От такого антинаучного удара потенциальный клиент морга вдруг оживает и начинает вертеть головой в поисках причины продления жизни и такого наплевательского аргумента в противоборстве диагнозу.

При дальнейшем и внимательном рассмотрении зритель-читатель может возомнить, что при всей реалистичности сцен это не слепок с фрагмента жизни, а талантливая пародия на неё. И даже заподозрит, что автор посмеивается над ним – читателем, глотающим его умственные перлы будто обязательные таблетки для постинсультного выживания.

Помните как прославился «Сын актрисы»? Ну, ну, ну! Да, да, тот самый «двадцатилетний потухший волкан с согбенным станом». Это у него шипели как змей любовницы. Это у него льдины бедствий примерзали к бедному сердцу. Это у него крокодилы обвивали и жалили. Там же неподалёку цвёл розмарин. Словом, критик по фамилии Бе прославил молодого писателя. Может и тут повторяется то же самое?

Ужасная догадка. Разыгрывают! Прячьте стыд в носовые платки. Кстати, новая шинель Акакия была завёрнута в носовой платок. Вспомнили? Поняли, для каких НОСОВ и каких размеров, для каких читательских величин в Питембурге платки?

Но всё это не так. Рецензент пошутил. Всё тут по-честному, хоть и с дрожью в голосе.

Угомонись, читатель. Улягся в жёнкином спокое и гляди в потолок!

Разгадка там! Ибо над потолком небо, а над небом ноосфера, где прячутся все ответы.

Изображение в потолке, едино что в ноосфере, скрывает такие общечеловеческие, здравые, честные и без фигушек подсмыслы, когда правда с первого раза не угадывается, но зато чувствуется содержащееся в нём нечто важное, осторожно намекаемое, видимо чтобы не напугать и не огорошить окончательно, высокоинтеллектуальное – дабы испытать вялого читателя – будто школяра на лавке – на растяжение с помощью размягчающей розги вдоль неясного ему, всего в тумане, предмета прозы.

Эта неосознанная, терзаемая искусником-писателем "духовная плоть" проникает и застревает в мозгу каждого по-настоящему пытливого и, как правило, наивного человека – не бегунка по верхам.

И совсем не затрагивает обыкновенного читателя, зашедшего просто поиграться свежими графоманскими бирюльками.

Что хочется сказать тут всем откровенно и ясно, так это то, что проза данного "сочинителя" далеко не бирюльки, а если исследуемая штучка и бирюлька, то получилась она душевно взрывоопасной!

Чтобы по-настоящему понять или придать происходящему в этом тексте (а также в некоторых других) собственный смысл, придётся ещё не раз вспомнить, вернуться и посмотреть на предмет свежим взглядом. Пусть даже через значительный промежуток времени.

Такое случается с произведениями серьёзных мастеров – живописцев и писателей.

Не настаивая на гениальности авторской концепции и мастерства её исполнения, – пусть тут каждый определяет ценовую категорию для себя сам, – безусловно одно: мы видим интереснейший литературный образец стиля, образности, мягкой, реанимационной новизны, родившейся на основе классики, с участием модернистских "стентов", расширивших и углубивших если и не каналы взаимопонимания «писатель-читатель», то, как минимум, крайне индивидуальную, «клеймёную» и узнаваемую художественную палитру.

Что уже само по себе важно, а результат даже попахивает необъявленной заявкой на что-то гораздо большое, чем рядовая, тем более проходная, однодневная литература, при этом скромно оставаясь в общем потоке, выделяясь лишь необычным свечением слова.

Это плоть от плоти русская национальная литература, городская по интерьерам, гражданская, мирная, умная, рассудительная, ироничная, легко идентифицируемая с индивидуальностью автора-россиянина, добрая по сути, намекающая на большое и народное Нечто, и вскрывающая государственные болячки без боли для кого бы-то ни было.

Случайно забредшим критикам и читателям стоит обратить внимание на эти перечисленные факты, приятные для общества, всё ждущего чего-то... вкусненького и новёхонького.

Так вот оно, граждане! Кушайте. Пользуйтесь.

И последнее: мне, как и всем посетившим эту страницу, не хочется подозревать автора в фальсификации (ведь его 700-страничного романа никто, кажется, и не читал и не видел (за исключением фотографий с обложки, что вполне может быть изощрённым фэйком). Однако одно только уже, что реально написано и засунуто в этот сайт, заставляет "удостоверить и убедить" любого сомневающегося в наличии у автора огромного трудолюбия и таланта.

Вперёд, в большую литературу, г-н товарищ AUTOR!

PS:

Приезжайте в Калифорнию, Мюнхен, Шанхай. С удовольствием попью с Вами какого-нибудь местного колорита.

Подпись: YSK.

Дата, время, прочие регалии
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Читать РЕПЛИКУ, ПОЛНУЮ СКРОМНОГО ДОСТОИНСТВА 000 767 граф акв 100.jpg

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------
FREUNDить
автора
дружить с pol_ektof 2.gif









Tags: лечебник_графомании, событие, шуточное_литературоведение, ♥ SET KOTKIN
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments