15 октября 2016

Литтл Маунтинмэн

Я ДЛЯ ТЕБЯ НИКТО? Пункты 81-90

  Я для тебя никто 800.jpg
    81). Не забывай, что не фантастикой единой сюжет полнится. Легко и приятно свести историческую загадку к прилёту инопланетян, которые всё решили в соответствии со своими планами. Ещё приятней объяснить проблемы в отношениях людей не культурными или мировоззренческими конфликтами, но несоответствием биополей, а то и видовыми различиями. Но ты слышишь, как вдалеке начинает печально поскрипывать старый рояль? Не подходи к нему слишком близко, deus ex machina не красит произведение. Не стоит делать фантастику сутью книги. Выдумка ради выдумки мне быстро наскучит.
 
   82). Даже самые жестокие учёные, как правило, не проводят своих человеконенавистнических экспериментов без определённой цели. В противном случае это уже не учёные, а просто садисты. Аналогично с правителями, в сущности злобствовать и убивать - это очень утомительно, ты не находишь? Одно дело за завтраком насладиться казнью-другой и совсем иное непрерывно планировать и приводить в исполнение всё новые и новые мерзкие планы. Чего-то правитель всё равно должен добиваться. Ну, хотя бы власти во всём мире, если уж ничего другого не идёт на ум.
 
   83). Известный факт, словарный запас Пушкина насчитывал более двадцати одной тысячи слов. Не хотелось бы придираться, но если в твоём, автор, произведении я не отыщу и сотни, то ты вряд ли меня заинтересуешь. Литература - не комикс и даже не фильм, не рассчитывай на моё снисхождение к убогости языка.
 
   84). Любая книга имеет свой финал, точку в повествовании. И очень печально, когда в качестве финала используется нечто вроде: "Эээ... А вообще всё это было неважно. Настоящие события, знаете ли, происходили совсем в другом месте, а вся эта толпа просто дурью маялась". Покажи мне настоящие события, где бы они не происходили! Зачем мне нужны все эти упражнения в псевдооригинальности? То, что ты пишешь должно иметь смысл. Не так уж важно какой: раскрытие характеров персонажей, высмеивание пороков или просто проведение времени. Иначе зачем я стану читать твою книгу, чтобы в конце выяснить, что ты не знаешь чем закончить и кое-как лепишь финал из всего что подвернётся под руку?
 
   85). Кстати, если ты пишешь серию книг, это не означает, что во всех кроме последней можно в конце бросить повествование на полуслове. Во-первых, продолжения я могу и не дождаться, во-вторых, это попросту нечестно по отношению к читателю. Восторженное поглощение бесконечного авторского потока сознания не входит в мои обязанности. И, коли уж я прочитал твоё произведение, позволь мне убедиться, что оно хотя бы условно законченно.
 
   86). Финал может быть открытым. Но учти, открытый финал должен оставлять сюжет на додумывание, а вовсе не на непонимание. Проще говоря, если ты сам не представляешь, что же там будет дальше, зачем заставляешь представлять читателя? Суть открытого финала должна быть в твоём нежелании выкладывать завершающую часть произведения, а вовсе не в попытке спихнуть свою работу с больной головы на здоровую. А тем более на не менее больную.
 
   87). То, что ты находишься в безумном восторге от персонажа, ещё не означает, что я буду в таком же. И ещё меньше это означает необходимость оправдывать любые его действия. Упырь, коллекционирующий трупы, как ни крути, не может быть чист и прекрасен. Если только ты, автор, не иронизируешь. Любить персонажей надо, но ведь не слепо! Позволь им просто быть такими, какие они есть.
 
   88). Признаться, не понимаю, зачем декларировать, что герой хороший или плохой, грубый или вежливый, любит мороженное или кричит от ужаса, завидев рыбное блюдо. Разве я досье читаю? Просто покажи мне всё на примерах. Если грубый, пусть пошлёт пару раз кого-нибудь. Если плохой, пусть отберёт у ребёнка мороженое. Ну, а крик от рыбного блюда и вовсе несложно продемонстрировать.
 
   89). Любовь конечно зла. Иногда даже очень зла! Но всё-таки не торопись описывать влюблённых гоблина и эльфа. Равно сомнительна неожиданная вспышка чувств между разумными мхами с планеты Плантания и зебровидным гуманоидом с Загонса. Во всяком случае основываться эти чувства будут вероятно не на внешних данных, разве что ты описываешь редких извращенцев. Кстати, дети в виде поросших мхом зебр - это весело. Но как ты представляешь себе процесс?! Я уж молчу о несовместимости хромосом и о том, что у кого-то этих хромосом может совсем не оказаться.
 
   90). Инопланетяне прилетают, чтобы захватить нас. Инопланетяне прилетают, чтобы привести нас в лоно высшей цивилизации. Инопланетяне мирно сотрудничают с нами. Всё это было сотни раз, нет, я не против, но почему ты решил, что мы вообще им интересны? Или что мы хотя бы способны их понять? Подумай над тем, что внеземные формы жизни потенциально могут быть самыми разнообразными, о том, что мы слабо представляем, что же такое разум. Не призываю тебя совсем отказаться от приведённых выше вариантов, но возможно ты придумаешь что-нибудь более интересное. Я, как читатель, это оценю.

(продолжение следует)
Репост из: А.Садовников. СОВЕТЫ ПИСАТЕЛЮ-ФАНТАСТУ ОТ БУДУЩЕГО ЧИТАТЕЛЯ
http://samlib.ru/s/sadownikow_a_w/sovety.shtml
fрэндить репостера pol_ektof
Литтл Маунтинмэн

Сначала это было дневниковой записью

 

1

Размышляю нынче о том, каким достойным образом следует "увековечить" последнюю троицу из своих пазловидных романов, получивших буквально на днях, наконец-то и сполна, награду по заслугам. Или, если иными словами, то - "шапку по Сеньке", на каждого брата, вместо предполагаемых поначалу графоманских лавров: хотя бы скудненьких из не самых паскудных.

Другими словами, я вынес каждому из троицы (не трилогии, заметьте) довольно-таки суровый приговор, можно также назвать этот процесс присвоением книгам грифа "Болванки", так его и растак. Есть ещё вариант помягче: назвать всю эту писанину "черновиками" и на этом успокоиться.

Но, не выходит так просто. Ведь эти все писательские упражнения, если верить в писательские мудрости, вовсе обнаруживают в себе художественного преступления, тем более не являются весёленьким и безответственным вращением скромненького собственного Разума в постелях матушки Судьбы.

Это не игрушки. Это всё гораздо глубже. Эти книги являются каким-никаким, а всё-таки плодом неких духовных треволнений, а также результатом довольно-таки усердного труда.

Иными словами, и если вернуться к писательским мудростям, и не забывать пользу метафор, то эти книги являются моими Детьми, уж простите меня, Мои Книжки, за такое количество заглавных букв в обыкновенном тексте.

Я не хотел патетики, но я своих книжек не брошу, тем более, что уже, кажется, разобрались в родственных отношениях.

Хоть ты лопни, и какими бы неудачными книжки не получились, они остаются моими, и их надобно бы как-то пристроить в их будущей самостоятельной жизни.

В общем я решил, что самое лучшее, что можно для них придумать, это окрестить их «черновиками», о чём я уже высказался в начале опуса. Таким образом, это станет для меня как бы «тренировочной серией» перед тем как карабкаться на писательский Олимп дальше.

А для случайных читателей (надеюсь, что их не будет слишком много) эти книжки просто станут некими «ранними произведениями», или «Архивом», можно их также с неменьшим основанием назвать «графоманским периодом».

В общем решено! Точка на этом.

Осталось придумать этим попавшим в немилость книгам-детям графомана приличные обложки и отпечатать в какой-нибудь типографии – себе и друзьям на память.

2

Но вот же беда, а может и Иной выход.

Вертится в голове, может не особо оригинальная, мысль о том, что свеженькие герои замышляемого "Графоманус Санаториума", а это господа "сапиенсы", просто должны будут самым прямым написательским образом «внедриться» в два, или во все три из названных и оклеймённых романов, чтобы побалова... нет: посвинячить... тоже нет… Вот: они просто должны навести там кое-что. Глядишь, будет от этих романов польза посущественней, чем просто болтаться в черновиках или в архивах, мало кого интересующих: именно в силу их вторичности; а также в силу неизвестности автора, то есть меня.

А тут уже есть любопытные варианты, и выбор целиком за мной:

- навести там (в книжках этих) порядок;

- произвести ещё больший беспорядок и прославиться именно на этой стезе – то есть на стезе, близкой к писательской Золотой Калоше;

- полностью похерить или иронически, сюрреалистически, гротесково, сатирически и всяко разно насмеяться, постебаться и... и так далее... Словом, взять и принять эти три бедных романа на работу в лабораторию: в качестве бумажных подопытных крысок. Цель: дабы произвести над ними литературоведческие и прочие хитромудрые экспериментальные истязания. Дабы выдавить из всего этого - по окончанию следственных действий - полезные для будущих поколений писателей вроде меня выводы;

- следует произвести собственные приключения героев-сапиенсов, и записать эти приключения в виде детективно(?)-психологических(?) повестушек или рассказиков, суммирующихся в чётко структурированный роман или в приличный, идейно организованный сборник;

- вариант: поубивать в старых книжках лишних героев и внедрить новых, в том числе этих самых героев-сапиенсов, то есть как бы в очередной раз навести перфекцию, но уже капитальнейшую из капитальнейших;

- вариант: приняв старые книжки за основу, оставив в живых главных героев, внести ясность относительно персонажей второго плана, которые создают суету и ощущение незаконченности, а также навести порядок в мотивах и параллельных и незаконченных сюжетных ходах. Средства лечения этой беды имеются. Их только нужно вынуть из мировой аптечки и правильно применить;

- вариант: ясен пень, если внедрять новых героев в старые книги, то это будут совершенно другие книги (а от старых камня на камне не останется). И поэтому в "ново-старые" романы следует внедрить совершенно новые идеи и фабулы, чего прежние романы были практически начисто лишены, являя собой лишь аппетитные и не очень фрагменты текстов;

- вариант для «новых» книг: придумать - какое место (по объёму и значимости) будут занимать в новом опусе с новыми героями все три "старых" указанных романа: вместе или врозь; и будут ли они там вообще фигурировать материально, или дело обойдётся намёками. Не забываем, что все «детишки» подвергнуты лёгкому остракизму, а это вроде пожизненной тюремной справки;

- решить: как обойтись с понятием "любовь" в отношение героев-сапиенсов. Если вы не поняли, то сапиенсы - это нечто вроде одушевлённых... тьфу, вернее наоборот, это "оматериализованные" персонажи сознания и подсознания. Клоню к тому, например, что каким образом этим самым сапиенсам заниматься между собой любовью (или выбросить это понятие нахрен?), чтобы было как у людей (а люди, как вы уже, наверное, догадались - это обыкновенные и банальные биороботы на фоне распрекраснейших сапиенсов). Может им "сливаться" (ну, трахаться) духовно? Или просто попытаться примерить на себе чувства, которые испытывают на себе ужасные биороботы (повторяю, что это - люди) ?

Так что море вопросов по этому самому Графоманусу.

3

Боже! Куда меня несёт! Посильна ли ноша? Сколько времени займёт предполагаемое удовольствие? И удовольствие ли оно, или сущее наказание?

Как забыть, хотя бы на время, пословицу со словами "не говори гоп"?

А тут ещё эти обложки к "черновикам", ёпа мама! Зачем мне всё это надо? Взять бы, нажраться в усмерть лучших в мире напитков, а до того нанять десяток звездатых шлюшек, и крякнуть под их одобрительные возгласы, без проблем!
Представляете, какие выйдут клёвые заголовки на следующий же день!

Представляете, как люди кинутся читать все мои похеренные черновики и болванки!

Вот он пиар, вот какой он малозатратный!

PS/ Как только проклюнутся эскизы обложек "Черновиков-болванок", непременно выложу их в сети, и, разумеется, ни ЖЖ, ни Прозу.ру не обойду.