Литтл Маунтинмэн

ДОРОГИ ЖЕЛЕЗНЫЕ И ВСЯКИЕ (1.3)

fonstola_ru-108564 900.jpg
1.3

Я вам щас немножко поздней терминологии подкину, и вы прыгнете из двадцать первого века назад, и станете спецом века девятнадцатого.

***

Для преодоления человеческих расстояний (особенно в кандалах, а также на сменных лошадках с нумерными колокольчиками на дугах и с почтовыми отправлениями в мешках, даже на резвых скакунах, везущих дотелеграфные военные циркуляры, защищённые от постороннего взгляда всего лишь сургучами) требуется немало мастерства.

Сколько таких циркуляров было отнято и порвано по дороге любопытствующими и, порой даже не умеющими читать разбойными уполномоченными?

Об этом никто не думал.

Надо доставить пакет – под козырёк и помчал!

Надо отобрать – отобрал и прочёл.

Не пригодилось чтиво – выбросил. Не смог прочесть – утешение тебе: приспособь для туалета.

Не понравился тебе посыльный. Варианты: рябостью, робостью, рвением, наглыми глазами, криками о помощи, обещанием мести – дак пристрели его и концы в воду (синонимы: и делу конец, шабаш, кранты, баста, точка). Делов-то, понимашь, одна пуля всего, а тебе тир и радость, память детства и юношества.

Каков русский язык! Каково разнообразие обозначений смерти! Застегни мне молнию на ширинке моей памяти, о божественная Первопочта!

Сколько при этом пролито крови! Мама ро'дная!

Реки этой жидкости окружают аллеи мёртвых.

Аллеи мёртвых раскинуты по берегам эритроцитных рек.

Сколько сляпано по-быстрому придорожных крестиков, если узнают, конечно, родственники и попутчики последнюю биографическую историю несчастного посыльного, путешественника, путника? Опасны эти профессии в применении к русским дорогам.

В безрессорных бричках с побритыми, именитыми ссыльными и на обычных телегах с переселенцами, и даже для набитых социалистическими каторжными теплушек, снабжённых бодро лязгающими колёсами, исстари времени требовалось больше, чем для пересечения с аналогичными целями – хоть вдоль, хоть поперёк – любой, не объятой войной, европейской державы-державочки.

Война и революция в контексте дорог – мероприятие особое.

Понятие времени в ратно-дорожном пространстве непредсказуемо и одновелико между перевалочной станцией, незапланированной остановкой и конечным вокзалом.

Оно равно расстоянию между жизнью и смертью.

Кстати сказать, в изначальные времена вокзал был местом развлечений. С ресторацией, с платформой для наблюдения за поездами, это было, на манер шоу. Там сидели дамы с зонтиками и махали ручками друг дружке. Это было со сценой, с певичками, а то и с голыми стриптизёршими, скачущими по столам. Лежачие дамочки тож оттелева пошли: жратва на животах, меж грудей, самое вкусное в устричном районе, сверху липстик салата, сбоку веточка укропа, рядом чашечка с соусом, бери свою макаронину, твоя собственная spagetti уж рвётся из панталон наружу, дамы пожирают её глазами, макай на выбор, вон в ту голубоглазую, и кушай...

Смотреть и промакивать можешь не отрываясь: никто из тётенек тебе плохого не скажет, они все как одна рота солдаток женского легиона – лесбиянки плюют на тебя ненужного, с побегом мужской принадлежности, который после первой крепкой рюмки становится невидимкой, ибо скукоживается в стручок, горошек, гашек, гашетка, стреляют... Опа, перебор, кажется что-то попуталось со временем... Механический сочинитель… Интернет-репетитор, двухъядерный орфограф… Зело-заело там и там.

(продолжение следует) fрэндить